Благотворительный фонд
развития театрального искусства Ю.П. Любимова

Франческа Ди Тонно. Таганка XXI-го века: Перформативность русской культуры на сцене, Театр на Таганке, (13.04.2011)

Франческа Ди Тонно. Выступление на конференции, посвященной вручению Ю. Любимову Европейской театральной премии, Санкт-Петербург.

Театр на Таганке

Франческа Ди Тонно окончила университет в городе Болоньи. Она зашитила диплом «Прием Б. Брехта в СССР. Der gute Mensch von Sezuan и Leben des Galilei в постоновках Ю. Любимова в Театре на Таганке». В настоящее время она аспирантка по сравнительным литературам в университете Болоньи и пишет работу о Любимове. Она сейчас живет в Москве и занимается исследовательской рвботой в архиве Театра на Таганке.

В свете определения постдраматического театра — как формы искусства, характеризуемой, помимо всего прочего, такими чертами, как: одновременность, паратаксис, знаковая плотность, ярко выраженный физический аспект- и способность прибегнуть к музыкальному элементу как к структуре, независимой от театрального текста — можно подойти к обновленному и многодисциплинарному анализу недавнего репертуара Театра на Таганке в Москве.
В частности, выбор падает на такие театральные тексты, которые — хотя и могут быть «приведены» к известному режиссерскому стилю «а-ля Любимов»- уже признанному и широко известному — демонстрируют как инновационную работу по созданию театрального текста во всех его ипостасях, так и умышленно «исполняют», приводя их в действие, особые аспекты русской культуры — в свете того синтеза, о котором упоминалось ранее.
Евгений Онегин
Инсценированный и поставленный на сцене Юрием Любимовым в 2000 году на Таганке в Москве, спектакль Евгений Онегин был вдохновлен одноименным романом в стихах А. Пушкина.
Сюжет романа, ставший известным благодаря оперной постановке Чайковского (1879), на самом деле отсутствует в том спектакле, который был поставлен на сцене Таганки — основными факторами которого кажутся, напротив: слово и время-ритм. На самом деле, Любимов как бы «разбирает» роман Пушкина, и вновь воссоздает его, используя постоянную музыкальную основу — состоящую, в свою очередь, из арий трех российских композиторов: Петра Чайковского, Альфреда Шнитке и Владимира Мартынова.

Театральный роман
(Romanzo Teatrale)

Спектакль, идущий на сцене начиная с апреля 2000 года, был определен самим режиссером — Ю. Любимовым — как «ироничное повествование по мотивам романа вне жанра». Одноименным произведением, на основе которого была осуществлена постановка на сцене Таганки, явно является короткий роман, написанный М. Булгаковым между 1936 и 1938 годами — и в котором в гротескных тонах рассказывается о злоключениях, с которыми сталкивается сам Булгаков после театральной адаптации его романа Белая Гвардия.
Однозначно — то, что происходит на сцене в этом спектакле продолжительностью буквально двух часов, не столько является сюжетом литературного произведения Булгакова, сколько игрой из намеков, в которой «смешаны» известные деятели Театра искусств14 — а также события, истории и наиболее недавние превратности Театра на Таганке. Театральный роман выражает эту аллюзивность посредством таких элементов, как сценические объекты, которым присущ яркий символизм — и легко узнаваемые олицетворения исторических фигур и персонажей. Среди последних особенно стоит упомянуть внушительную позолоченную лошадь, возвышающуюся на сцене — из живота которой выходит как молодой рассказчик, так и другие главные герои спектакля. следует отметить, что поза позолоченной лошади на сцене точно соответствует позе знаменитой конной статуе в Санкт-Петербурге, известной по одноименной поэме Пушкина Медный Всадник (Il cavaliere di Bronzo), — и в то же время, если в оригинале на лошади едет российский император Петр Великий, то в спектакле на Таганке всадником на позолоченной лошади из папье-маше является сам Сталин. И если с одной стороны Любимов намекает на «центральность» пушкинского произведения в среде и контексте русской литературной культуры, то с другой стороны — нельзя не отметить навязчивого присутствия цензуры в развитии культуры во всех ее глобальных проявлениях. Заметьте в этом отношении, как Сталин Таганки изрекает печально известные лозунги, среди которых — «Писатели — инженеры человеческих душ».

«До и после», Сказки, Арабески
(Prima e Dopo, Fiabe, Arabeski)

Здесь, в своеобразной азартной трилогии, мы сгруппируем спектакли До и После (Prima e Dopo), Сказки (Fiabe), Арабески, поставленные на сцене соответственно: первый — в 2003 году, и остальные два — в 2009. «Связующей нитью», объединяющей, — помимо всего прочего — эти три недавние творения режиссера Юрия Любимова, несомненно, является литературная культура, — уже не только русская/ российская, а мировая — и ее «приведение в действие» на сцене. Как самые настоящие «литературные пастилки», эти три театральных текста тоже возвращаются к использованию недраматургических текстов русской литературы — а также и элементов живописи, элементов костюмов, и русско-советской истории. В результате получились постановки в бо большой степени символичные — в которых каждый сценический объект, музыкальная составляющая, движения актеров на сцене, ритмичные паузы, цвета костюмов или сценографических элементов не только «отправляют» к изначальному тексту, но и становятся составными частями мультидименсионного зрелищного механизма.

Заключение

В заключении кажется возможным утверждать, что Таганка XXI века осуществляет — в синкретическом свете — «восстановление» традиций и цитирования, и факторы культуры принадлежности. Кроме того, исходя из попытки создать театральный стиль — культурный, но не культуралистичный — получается обновленным и усиленным изначальный диалог между сценой и публикой — которому Любимов «возвращает» его фундаментальные предпосылки, основанные на воспринимающем действии по распознаванию, и восприятию смысла элементов коллективной культуры.

13.04.2011