Банк России выпустил монеты в честь Владимира Высоцкого

Центробанк объявил о запуске в обращение памятной серебряной монеты, посвященной Владимиру Высоцкому. Монета выпущена в серии "Выдающиеся личности России" и имеет достоинство в 2 рубля.

На оборотной стороне на фоне силуэтов двух коней изображен Высоцкий с гитарой, слева от него - меч, справа указаны годы жизни: 1938-1980. Вверху по окружности расположено его имя. Монета изготовлена качеством "пруф", ее тираж - 3 тыс. штук. Монетами с Высоцким можно расплачиваться по всей стране.

В этой серии уже выпускались монеты в честь балетмейстера Мориса Петипа, писателя Максима Горького, режиссера Юрия Любимова, пианиста Эмиля Гилельса, композитора Сергея Прокофьева, премьер-министра Виктора Черномырдина, шахматиста Михаила Ботвинника, актера Аркадия Райкина и многих других россиян.

Монеты данной серии чеканятся с 1992 года.

Ранее в этом году ЦБ уже выпустил к 80-летию Высоцкого серебряную монету номиналом 25 рублей.

Надо ли вспоминать Бориса Можаева? Можно ли его забывать? К юбилею писателя

Фото: known-name.ru

 

Исполнилось 95 лет со дня рождения писателя Бориса Можаева, автора самого известного романа о коллективизации – "Мужики и бабы". В основу романа легли события, которые произошли на глазах юного Можаева в родном краю – селе Пителине на северо-востоке Рязанской губернии. Забыть их писатель уже никогда не мог. На Рязанщине Можаева называют "певцом Пителинской земли".

Потомок моряков и солдат

Борис Можаев  появился на свет в Пителине 1 июня 1923 года. Село существует в Рязанской области до сих пор и стало рабочим посёлком. В центре сохранились обветшавшие каменные дома, некоторые даже о двух этажах.

По одной из версий, название "Пителино" значит "Пить велено".  Якобы неподалеку от села на дорожной развилке стоял трактир с такой вывеской.

Фото: Елена Сафронова

 

На въезде в Пителино стоит приземистое здание с остатками былой роскоши в облике. Сейчас это районный Дом культуры. Дом построил купец, меценат Николай Илларионович Кондранин (1850 – 1916), Почётный гражданин Пителина, в 1890 году. При царе в Пителине имелись меценаты и почётные граждане, что говорит об определённом уровне жизни и цивилизации. Тогда село было состоятельным. Стало быть, его не могла обойти стороной трагедия коллективизации. Она и стала центральной темой богатого наследия Бориса Андреевича Можаева.

Фамилия Можаевых появилась в Пителине в первой половине XIX века – в 1812 году. Ее даровали воинам отряда, которые прикрывали отступающую армию Кутузова под Можайском. В родное село вернулись с поля битвы два Можаевых, не родственники. Один из них в обиходе звался Максимом Коротковым (видимо, по малому росту). Именно он – предок Бориса Андреевича.

Крестьяне Можаевы многие были мореходами и "рекоходами". Отец Бориса Андреевича до революции служил на пароходе. Дед по отцу был астраханским лоцманом. Песцовы, дед и дядя по линии матери – моряками. Дед Василий Трофимович ходил в Чёрное море, а в 1905 году "ушёл в революцию" и был вынужден скрываться от жандармов. В родное село он вернулся по амнистии лишь в 1908 году и привез с собой двадцать четыре багажных места – саквояжи и корзины. Женская половина семейства возрадовалась: думала, там обновки. А это оказались книги, да еще и запрещенные… Дед умер от тифа в 1918 году, когда "поехал в Москву, чтобы доказать кому следует, что революция в Москве да Питере не так сделана" – описывает его судьбу Борис Андреевич. Дядю-штурмана расстреляли большевики в том же 1918 году как классового врага, прямо на пароходе "Николай Гоголь", который он водил.

Фото: Елена Сафронова

 

Песцовы происходили из ближнего к Пителину села Большие Мочилы и у них был там большой пятистенный дом из красного дерева, построенный прадедом Бориса Андреевича Трофимом Селивановичем. Прадед отслужил в армии при Николае I 25 лет. Выслужил какой-то чин. После армии устроился начальником охраны поместий к некоему генералу. Трофим Селивановича однажды ночью крестьяне подстерегли на мосту, поймали в сеть и убили. Борис Можаев знал место на погосте, где похоронен прадед. Но время не пощадило ни могилы, ни дома-пятистенка. Он сгорел в 1933 году на глазах будущего писателя.

Пулемет на колокольне

Борис Можаев в детстве и отрочестве наблюдал многие трагедии, которые не смог забыть. Все они были связаны с коллективизацией.

Он видел, как через Пителино прогнали колонну "врагов советской власти": крестьян, массово выступивших против колхозов. Подобные волнения происходили в каждом селе. Виновных нарочно провели сквозь райцентр под конвоем– чтобы другим неповадно было сопротивляться.

В Потапьеве, селе недалеко от Пителина, какой-то смельчак с церковной колокольни забил в набат, призывая народ на восстание против колхозов. Комиссар застрелил парня. А потом с той же колокольни пулемётом косили "бунтовщиков". Этот рассказ молодой Борис Можаев услышал от старух, когда работал в селе учителем. Его писатель вставил в роман "Мужики и бабы" без купюр.

Услышав рассказ о пулемете на колокольне, Борис Можаев стал собирать материал о Пителинском крестьянском восстании. Сведения и образы персонажей он "накапливал" в течение 30 лет.

"Пулеметная" церковь Рождества Христова в Потапьеве не сохранилась. Её снесли в 60-е годы XX века. Десятилетиями село обходилось без храма. Только летом 2017 года там заложили фундамент храма в честь Матроны Московской. Место для него выбрали жители недалеко от разрушенной старой церкви, чье название сохранять не стали.

Фото: yandex.com.am

 

Коллективизация причинила много горя семье Можаевых и семьям ещё почти полутора сотен земляков. В 1930 году из Пителина выслали более 20 семей. Около 120 хозяйств раскулачили, хотя они не подходили под большевистский же критерий "кулака": батраков не держали. В Пителине не принято было нанимать рабочую силу, с хозяйством справлялись своим трудом.

Отцу писателя было тяжело прокормить большую семью. Он зарабатывал свой хлеб тяжелым трудом. За владение землей и скотом в кулаки его не записали, однако не раз призывали вступить в колхоз. Он остался единственным "единоличником" в селе. За это позже был арестован как "враг народа", сослан на Дальний Восток - без семьи. Там Андрей Иванович погиб.

В его честь Борис Андреевич назвал главного героя своего произведения "Мужики и бабы" –   Бородина.

Мать, Мария Васильевна, осталась одна с пятью детьми, бедствовала, но вырастила их и всем дала образование.

Борис Можаев в 30-е годы получил среднее образование и работал учителем в селах Потапьеве и Гридине. А в 1940-м поступил на кораблестроительный факультет Горьковского института инженеров водного транспорта.

Мария Васильевна после войны продала пителинский дом и уехала в Алма-Ату. Дом Можаевых в Пителине снесли. Много позже сын-писатель купил ей избу в деревне Дракино на берегу Оки (в Московской области). Мария Васильевна с радостью туда переехала.

Фото: Елена Сафронова

 

Можаев и Солженицын

В Великую Отечественную войну на фронт ушло шестеро Можаевых. Среди них был и Борис Андреевич. Как студента, его определили в Высшее инженерно-техническое училище Военно-морских сил. Его Можаев закончил в конце 1948 года и попал на Тихоокеанский флот инженером-лейтенантом. Продолжил семейную линию моряков.

В армии Борис Можаев прослужил до 1954 года. Но еще во время службы стал интересоваться журналистикой и литературой. Дебютная подборка стихов "Архитектор" была написана в 1949 году и вышла в газете "Советское Приморье". На Дальнем Востоке он также обрабатывал местный фольклор. Поэтический сборник "Зори над океаном" вышел в 1955 году.

С 1956 года в центральной печати стали регулярно появляться рассказы и очерки Бориса Можаева на тему сельского хозяйства и крестьянской жизни. Он бескомпромиссно обрушивался в печати на аграрное начальство. По его мнению, оно так и хотело погубить деревню и экологию. Однако его полемический запал не всегда приносил пользу.

В 1960-х годах Борис Можаев жил в Рязани. Им с женой дали трёхкомнатную квартиру. Говорят, так лично распорядился секретарь обкома товарищ Гришин, который не хотел, чтобы набиравший известность писатель уезжал из области.

В Рязани Борис Можаев познакомился и подружился с Александром Солженицыным, который проживал здесь в ссылке до 1969 года и даже подписывал свои ранние произведения "Александр Рязанский".

Солженицына интересовала жизнь советской деревни. Можаев щедро делился с ним знаниями. Александр Солженицын назвал Можаева "первейшим знатоком русской деревни и природы" и подарил ему щенка сенбернара – Альфу.

Фото: profilib.net

 

В 1965 году писатели вместе ездили в Тамбовскую область, где собирали материал о Тамбовском крестьянском восстании. Его еще называют "антоновщиной", "Антоновским мятежом" и даже "русской Вандеей".

Информация об "антоновщине" требовалась Солженицыну для романа орусской большевистской революции. Но он сам, ссыльный, находившийся под негласным наблюдением органов, боялся открыто собирать такие "щекотливые" материалы. Борис Можаев выручил друга: поехал в командировку от "Литературной газеты", а Александр Исаевич его "просто сопровождал". В ходе этой поездки у Солженицына родилось название эпопеи "Красное колесо". В образе крестьянского вождя Арсения Благодарёва заметны черты Бориса Можаева.

Отношения прозаиков не прекратились с переездом Можаева в Москву. Солженицын тоже перебрался туда в 1970 году. Можаев и Солженицын навещали Марию Васильевну в деревне Дракино. Пожилая женщина с готовностью рассказывала Александру Исаевичу о дореволюционном быте и первых послереволюционных годах. Память у нее была великолепная, язык сочный, народный.

Скандальная правда

Книги Можаева не были такими "разоблачительными", как у Солженицына, но нередко указывали на яркие недостатки строя. Повесть "Живой" ("Из жизни Федора Кузькина") опубликовали в 1966 году в "Новом мире" в пору редакторства Александра Твардовского. Это была история о человеке, решившем выйти из колхоза – и добившемся своего, несмотря на все препоны, которые чинила ему система. После того, как спектакль по повести поставил в Театре на ТаганкеЮрий Любимов, разразился страшный скандал. Министр культуры Екатерина Фурцева лично запретила постановку.

Повесть Можаева "Полтора квадратных метра", тоже посвящённая борьбе человека с бюрократической машиной уже в условиях города, ждала публикации 12 лет. Литературные журналы боялись её печатать. Вышли "Полтора квадратных метра" в 1982 году и вызвали гнев председателя КГБ СССР Юрия Андропова.

Выдающийся роман "Мужики и бабы" Борис Можаев начал творить в 1972 году. Первую книгу закончил в юбилейном для себя 1973 году, но в свет она вышла только через три года – в 1976 году.

Фото: besplatka.ua

 

Вторая книга, рассказывающая о более жестоких событиях, писалась в 1978—80 годах. Опубликовать её осмелились только в 1987 году, а в 1989 году роман получил Государственную премию СССР.

Незадолго до смерти Борис Андреевич начал писать продолжение "Мужиков и баб" – роман "Изгой", где действует сын Андрея Бородина – Сергей. Сергей Бородин, сын репрессированного, становится военным инженером, затем переквалифицируется в журналиста. Этим он похож на самого Можаева. Сергей постоянно ощущает себя изгоем – за "клеймо" на биографии, за неумение мириться с ложью, за честность и прямоту… Борис Можаев умер, не закончив "Изгоя".

Фото: Елена Сафронова

 

Последняя книга Можаева – сборник остропублицистических очерков и статей "Надо ли вспоминать старое?". Он вышел в середине 1980-х и был переиздан в 1995 году.

Все помнят знаменитый фильм "Хозяин тайги" с Высоцким и Золотухиным в главных ролях. Это экранизация первой части детективной трилогии Борис Можаев, в которую входят романы "Власть тайги" (1959), "Пропажа свидетеля" и повесть "Падение лесного короля" (1984). Кинотрилогия поставлена по сценариям Можаева. Но в историю русской литературы он вошел, благодаря роману "Мужики и бабы", отзвуком горького прошлого.

Сегодня в Пителине

 

В Пителине сохраняют память о Борисе Можаеве. К 90-летию со дня рождения великого земляка пителинцы воздвигли на месте дома Можаевых памятный камень.

Центральная районная библиотека носит его имя. На её здании висит мемориальная доска. В библиотеке в текущем году оборудовали комнату-музей Бориса Андреевича. При ней действует литературный клуб имени Можаева.

Фото: Елена Сафронова

 

Раз в пять лет, по круглым датам, проводятся Можаевские чтения. А вот полноценного музея Бориса Можаева на рязанской земле нет. При этом музей его друга Александра Солженицына близок к открытию. Будет ли в экспозиции музея Солженицына рассказано об их сотрудничестве?

Название последней книги писателя "Надо ли вспоминать старое?" так и хочется перефразировать в риторический вопрос "Надо ли вспоминать Можаева?".

Риторический вопрос тем и отличается, что не нуждается в ответе…

Дмитрий Брусник

Похороны режиссера и актера Дмитрия Брусникина пройдут на Троекуровском кладбище в Москве. Об этом говорится в сообщении на сайте МХТ имени Чехова.

Прощание с заслуженным деятелем искусств России Дмитрием Владимировичем Брусникиным состоится в понедельник, 13 августа, отметили в МХТ им. Чехова.

В 11.00 мск в театре начнется гражданская панихида, отпевание пройдет в Храме Софии Премудрости Божией.

Похоронят Брусникина на Троекуровском кладбище в Москве.

9 августа стало известно, что актер и режиссер Дмитрий Брусникин скончался в возрасте 60 лет. За два дня до смерти артист был назначен художественным руководителем театра «Практика».

Источник, близкий к семье актера рассказал, что он умер от сердечной недостаточности.

Выражаем наше искреннее сочувствие семье и близким

Председатель правления фонда Каталин Любимова
Директор фонда Елена Смирнова

Владимир Войнович

Советский и российский писатель Владимир Войнович умер на 86-м году жизни. Об этом сообщила его знакомая Юлия Пессина.

«Два часа назад умер Володя Войнович. Сердечный приступ, скорая не успела...» — написала она в своем Facebook-аккаунте.

За свою литературную деятельность в декабре 1980 года Войнович был выслан из СССР и лишен советского гражданства. Он проживал в ФРГ и США до 1990 года, когда особым указом президента СССР ему и ряду других деятелей искусства был возвращен советский паспорт.

В 2000-м году он получил Государственную премию Российской Федерации за роман «Монументальная пропаганда».

Выражаем наше искреннее сочувствие семье и близким

Председатель правления фонда Каталин Любимова
Директор фонда Елена Смирнова

38 лет назад не стало Владимира Семеновича Высоцкого. Он прожил короткую, но очень яркую жизнь

Владимира Семеновича Высоцкого, символа эпохи 1970-х годов в СССР, не стало 38 лет назад — 25 июля 1980-го. Наверное, излишне рассказывать, что это за человек и какой след он оставил в отечественной культуре. Чтобы не перегружать читателя подробностями биографии всенародного любимца, мы приведем только самые малоизвестные факты из его жизни.

1. Владимир Высоцкий в театре и кино исполнил более 30 ролей, однако самой главной в его карьере считается роль Гамлета. По словам режиссера Юрия Любимова, никто, кроме него, не верил, что Высоцкий сможет играть Гамлета, более того, режиссеру даже запрещали отдавать эту роль ему. Поначалу эта роль давалась артисту очень тяжело, приходилось много репетировать. Но в итоге Высоцкий все же добился успеха и настолько вжился в роль, что ее исполнение стали называть гениальным.

2. Интересный случай произошел с Владимиром Высоцким в Сочи. В его отсутствие номер в гостинице обокрали: унесли одежду, деньги и ключи от квартиры. Высоцкий, обнаружив пропажу, обратился в милицию, однако когда он вернулся в номер, то нашел там почти все свои вещи и записку со словами: "Прости, Владимир Семенович, мы не знали, чьи это вещи. Джинсы, к сожалению, мы уже продали, но куртку и документы возвращаем в целости и сохранности".

3. Высоцкий был неравнодушен к дорогим автомобилям и любил быстро ездить. Он мог ехать по городу со скоростью под 200 км/час. Известно, что актер часто попадал в аварии.

4. Владимир Высоцкий несколько раз ездил на гастроли в США. В 1977 году Высоцкий посетил Голливуд, где познакомился с американскими актерами и режиссерами. Один из них — Милош Форман  вспоминал, что как-то раз Высоцкий взял гитару и стал что-то тихо напевать, окружающим это так понравилось, что они попросили его продолжать и петь погромче, хотя никто не понимал слов.

5. Наркотическая зависимость у Высоцкого началась после того, как он стал принимать морфий. Этот наркотик ему выписывали врачи от болей в сердце и почках. За год до смерти у Владимира Высоцкого произошла клиническая смерть — на несколько минут его сердце перестало работать.

6. Именем Владимира Высоцкого названы не только улицы, переулки, аллеи, бульвары, скверы российских и некоторых зарубежных городов, но и театры, кафе, корабли, а также самолет и небоскреб. Есть даже сорт гладиолусов, названный в честь музыканта. Кроме того, имя Владимира Высоцкого носят горные пики, перевалы, речные пороги, каньоны и ледники. Есть даже астероид, названный в честь Владимира Высоцкого.

Ну и, конечно, мы предлагаем еще раз вспомнить песни этого талантливого человека. Он написал и исполнил более 700 композиций, которые были очень популярны — ради них многие специально покупали магнитофоны. Его концерты собирали толпы людей. Его невероятная энергетика, искренность, разнообразие не оставляли равнодушным никого. Высоцкого считали своим представители самых разных кругов, герои которых были представлены в песнях. Многие его песни нарушали цензурные запреты, существовавшие в СССР.

"Песня о друге"

"В желтой жаркой Африке"

"На Большом каретном"

"Я не люблю, когда мне лезут в душу"

"Здесь лапы у елей дрожат на весу"

"Охота на волков"

"Москва-Одесса"

"Милицейский протокол"

"Он не вернулся из боя"

"Утренняя гимнастика"

"Скалолазка"

"Инструкция перед поездкой за рубеж"

"Она была в Париже"

38 лет назад остановилось сердце великого поэта и певца Владимира Высоцкого. Он умер в возрасте 42 лет.

За свою жизнь он написал более 600 песен и стихов, сыграл в кино и около 30 ролей  и 20 ролей в театре. Спустя несколько десятилетий популярность поэта по-прежнему велика, так как в своих песнях он сумел отразить не только свою эпоху, но и фольклор, и эпос, и историю, и много чего другого. Некоторые смело называют Высоцкого «Пушкиным своего времени».

Его друзья и коллеги говорили, что он – из 21 века, настолько вперед, далеко и глубоко он смотрел.  Своим учителем он считал Булата Окуджаву, с творчеством которого познакомился  заочно и в начале 60-ых начал писать собственные песни. Даже он сам не воспринимал всерьез свои первые песни. Однако в 1965 он написал "Подводную лодку", о которой Игорь Кохановский сказал: "Это уже всерьез. И я думаю, что именно эта песня заявила о том, что пора творческой юности кончилась".

В это же время певец пришел в театр на Таганке, который стал для него «своим». На первой встрече, когда Юрий Любимов попросил прочесть что-нибудь, вместо пяти положенных минут он слушал песни Высоцкого полтора часа. В театре поэт сыграл Гамлета, Галилея, Пугачева, Свидригайлова и целую палитру других ярких образов.

Параллельно с работой в театре были киноработы. Самая известная и самая любимая роль - Жеглов в телесериале "Место встречи изменить нельзя". Другие популярные картины с Высоцким – это «Стряпуха», «Короткие встречи», «Служили два товарища», «Вертикаль».

Его любовь, Марина Влади вошла в его жизнь в 1967 году. Высоцкий влюбился в нее после просмотра кинофильма "Колдунья". Он смотрел фильм по нескольку раз в день, мечтал о встрече многие годы. И вот, наконец, она состоялась. Первое знакомство произошло в ресторане ВТО - Высоцкий пришел туда после спектакля. "Краешком глаза я замечаю, что к нам направляется невысокий, плохо одетый молодой человек. Я мельком смотрю на него, и только светло-серые глаза на миг привлекают мое внимание. Но возгласы в зале заставляют меня прервать рассказ, и я поворачиваюсь к нему. Он подходит, молча берет мою руку и долго не выпускает, потом целует ее, садится напротив и уже больше не сводит с меня глаз. Его молчание не стесняет меня, мы смотрим друг на друга, как будто всегда были знакомы. Я знаю, что это - ты", - так описывает свое первое знакомство с Высоцким Марина Влади. Через несколько лет они поженились. Марина Влади была с ним рядом двенадцать лет. "Я жив, двенадцать лет тобой храним..." - успеет написать он на обратной стороне телеграфного бланка. И все эти годы Марина Влади пыталась замедлить бешеный ритм жизни Высоцкого.

"Работать надо!" - была его любимая поговорка. Если бы он мог, он работал бы круглые сутки. Сон - 3-4 часа, остальное - работа. Песни свои он писал в основном ночью. Приходил домой после спектакля, и садился за работу. Марина ставила перед ним чашку с обжигающим чаем, и тихо садилась в углу. Иногда она засыпала, и тогда, уже под утро, Высоцкий будил ее, чтобы прочесть строки, написанные за ночь.

Песни Высоцкого принято делить на циклы: военный, горный, спортивный, китайский... Надо было прожить несколько жизней, чтобы прочувствовать все персонажи, обрисованные в песнях. Фронтовики, слушавшие его песни о войне, были уверены, что он лично пережил все то, о чем писал в песнях. Люди, слушавшие его песни "с криминальным уклоном", были уверены, что он сидел. Моряки, альпинисты, шоферы-дальнорейсовики - все считали его своим. В каждой песне была правда жизни.

Сам Высоцкий так говорил об авторской песне: "Я хочу сказать и заверить, что авторская песня требует очень большой работы. Эта песня все время живет с тобой, не дает тебе покоя ни днем, ни ночью".

25 июля 1980 года Высоцкого хоронила, казалось, вся Москва, хотя официального сообщения о смерти не было - в это время проходила московская Олимпиада. Только над окошком театральной кассы было вывешено скромное объявление: "Умер актер Владимир Высоцкий".  Ни один человек не сдал обратно билет - каждый хранит его у себя как реликвию...

"Кому сказать спасибо, что - живой!" - написал Высоцкий в своем известном стихотворении. Высоцкий жив и сегодня, благодаря людской памяти, питавшейся и питающейся по сей день его стихотворениями, драматургическими произведениями, киноролями, песнями...

14 июля - ровно полвека, как не стало Константина Паустовского.

Каждый читатель выбирает кумира, естественно, по себе. У меня это Паустовский - первый, и оставшийся со мной на всю жизнь. Мое собственное постижение жизни шло чуть быстрее того, что я черпала из книг Паустовского, он постепенно становился моей опорой, моей поддержкой…

14 июля - ровно полвека, как не стало Константина Паустовского

14 июля - ровно полвека, как не стало Константина Паустовского

Прозаик, а тем паче поэт, - уникальные профессии. Но прозаик, который весь свой поэтический дар вложил в прозу, - больше, чем прозаик. Он - уникум! Вот таким и был Константин Паустовский, «два в одном», писатель с душой поэта, поистине хранитель русского слова.

Константин Георгиевич родился в Москве в 1892 году, в то невероятно урожайное на литературные таланты десятилетие, которое невесть как, разом, подарило миру Михаила Булгакова, Бориса Пастернака, Марину Цветаеву, Андрея Платонова, Исаака Бабеля, Виталия Бианки, Илью Ильфа, Юрия Олешу, Владимира Набокова, Эрнеста Хемингуэя, Сергея Есенина, Осипа Мандельштама, Бертольда Брехта, Владимира Маяковского, Агату Кристи, Михаила Зощенко, Эриха Марию Ремарка, Валентина Катаева, Джона Толкиена… - то есть самых разных авторов, произведениями которых до сих пор зачитываются миллионы людей, больших и маленьких.

Константин Паустовский отличался тем, что с детства заявлял о желании стать писателем. Понятно, можно мечтать стать врачом, летчиком, пожарным, поваром, переводчиком. Но для писательства нужен опыт!

Маленький Костя набирал его стремительно: благодаря каждому, пусть небольшому, путешествию, которые обожал, благодаря каждой беседе с отцом, каждому сидению над любимыми географическими картами, случайному взгляду на сверкающий звездами небосвод, бегству от суховея на дедушкином хуторе, благодаря каждой встрече с обездоленными киевлянами, жившими в халупках на соседнем пустыре. Жизнь заботливо дарила ему впечатления, а Константину оставалось только запоминать их и осмысливать.

Но писать Паустовский стал не спеша. Словно выверял интонацию, слушал себя. Много путешествовал, работал, кем придется. Потом ему была подброшена судьбой профессия, которая включала в себя как необходимый элемент поездки и впечатления, - журналистика.

С помощью редакций и издательств Паустовскому удалось поездить по стране. Помимо репортажей он написал такие основательные вещи, как повести «Кара-Бугаз», «Колхида», «Черное море», «Судьба Шарля Лонсевиля», «Северная повесть». Большой интерес читателей вызвали его произведения «Романтики», «Блистающие облака», «Дым отечества», повести о художниках и писателях.

Отдельно стоит в перечне книг Паустовского его «Золотая роза». Это рассказ об особенностях писательского труда и одновременно ода русскому слову.

Главную свою книгу - «Повесть о жизни» К.Г. Паустовский писал долго. В ней и говорок «отпетого» еврейского извозчика-балагулы, который согласился перевезти гимназиста Костю по плотине через бурлящее половодье реки Рось к умирающему отцу, и лето 1917 года, когда «за несколько месяцев Россия выговорила все, о чем молчала целые столетия», и начало «неведомого века» совсем другой России.

Особенно удавались писателю рассказы. Один из них, вошедший позднее в «Повесть о жизни», - «Корчма на Брагинке», высоко ценил любимый писатель Константина Георгиевича, Нобелевский лауреат Иван Алексеевич Бунин.

Паустовский и сам был дважды номинирован на Нобелевскую премию по литературе. Но первый раз взбунтовалось Советское правительство и премию в 1965 году дали М.А. Шолохову. В момент второй номинации, в 1967 году, некий западный литературный критик недооценил творчество К. Паустовского, и премию вручили гватемальцу Мигелю Астуриусу.

Зато его творчество полюбила близкая к литературным кругам, знаменитая немецкая и американская актриса Марлен Дитрих, вставшая на колени перед уже больным писателем во время своего визита в Москву. Паустовского любят и ценят миллионы читателей в мире. Хотя как его тончайший русский язык понимают, например, во Франции, не очень ясно - ведь слово «омут» на французский вроде бы и не переводится…

Равнозначны творчеству Паустовского и его оценки как человека. Он чрезвычайно достойно, без окололитературной суеты прожил свою жизнь. Но всегда заступался за страдающих от несправедливости коллег, спас от увольнения режиссера Юрия Любимова, умолял премьер-министра СССР Алексея Косыгина, надеясь на взаимопонимание, «не губить культурные ценности нашей страны», словом, «изо всех сил пытался остаться и поэтому остался самим собой», как о том писал его литературный секретарь Валерий Дружбинский.

Творчество русского писателя Паустовского, похожее на волшебство, всегда будет завораживать людей.

…Я родилась в Саратове. Бог дал Саратову Кумысную поляну. Ну, не саму поляну как место для лечения и увеселения горожан, а хороший лес дал над городом, в котором эта поляна людьми и конями вытопталась, - лес на холмах настолько огромных, что никто и не называет их холмами, а только горами. Лысая гора, Лопатина гора, Вишневая, а по-над Волгой - Соколовая… Мягкие отроги Приволжской возвышенности застыли над прибрежной долиной Сары Атав («красивым урочищем» на тюркском, давшим, по одной из версий, имя всему городу), как последняя, утомившаяся от собственной ярости волна цунами. А что? Кто знает, может быть, это ледник волок с севера не отдельные валуны, а целые горы? Волок-волок к большой реке, да и устал, оставил покатую полосу земли от гор до волн шириной вёрст с шесть-семь: нате, живите, лисы, волки, зайцы, люди.

От нашего дома до грибного леса было километра два-три по прямой - всего ничего. Только при этом надо было подняться до половины высоты Останкинской башни. Высоконько. Но мы шли. Каждое лето детства.

Выходили пораньше, по холодку. Постепенно взбирались все выше и выше по горе. И наступал момент, всегда торжественный, когда мы выходили на лысогорское плато и тут же разворачивались в сторону города. Каждый искал свой переулок, свой дом и сад при нем, которые видны были, как на ладони, и я тоже искала, хотя каждое лето ритуал повторялся. И до сих пор я ищу дом, где живу, уже на виртуальных интерактивных картах. Потому что нет для человека ничего дороже того места, где ему уютно и спокойно, где он, никого не боясь и не стесняясь, может свернуться на постели калачиком, - точно так же, как сворачивался в маме еще до рождения.

Сверху Саратов казался не просто зеленым, а пушисто-зеленым и очень аккуратным. И каково же мне было однажды вычитать у любимого Паустовского весьма своеобразное мнение о моем родном городе!

Он сразу вводил нас в уют, чистоту и некую даже святость по-человечески устроенного дома. Именно поэтому он дальше написал не о «какой-то там» Софье Тихоновне, к которой привел его попить горячего молочка саратовский мальчишка, а о милой застенчивой старушке, вся жизнь которой была наполнена ожиданием приезда сына, петербургского актера, заезжавшего к ней раз в году на недельку-другую то на пути в Минеральные Воды, то с Минеральных вод.

И написал это Паустовский такими словами, что реальная Софья Тихоновна, жившая в маленьком домике на Бабушкином взвозе в Саратове за полтора-два года до Октябрьской революции, стала небольшим собирательным образом всех русских матерей. А может, и не только русских, которые всё ждут и ждут своих сыновей и дочек - то едущих мимо с курорта, то где-то воюющих солдатами или медсестрами, то еще студентов, шальных и забывчивых, думая при этом кротко, не обижаясь на судьбу, и с упованием на Бога: «Слава тебе Господи, что есть, кого ждать». И в который раз моют, перетирают какую-нибудь вещицу (вроде крупной раскрашенной гальки из Симеиза), «только потому, что за эти мимолетные семь дней в длинном году она могла понадобиться сыну».

Я это знаю, потому что и моя мама так же ждала меня, когда я приезжала из Московского университета на каникулы в Саратов, - до блеска вымыв дом, расстелив белую скатерть на большом столе и поставив на него красивую вазу с только что сорванными яблоками из нашего сада.

Паустовского, до мозга костей русского писателя, в котором между тем слились лишь польская, украинская и турецкая кровь, можно цитировать бесконечно. Тем более что сказал он о моем родном городе в той главе «Повести о жизни», в которой писал о своих путешествиях по России в тыловом санитарном поезде, развозившем раненых ближе к их родным местам, и о своей любви к России и русским:

«В те годы, во время службы моей на санитарном поезде, я впервые ощутил себя русским до последней прожилки. Я как бы растворился в народном разливе, среди солдат, рабочих, крестьян, мастеровых. От этого было очень уверенно на душе. Даже война (Первая Мировая - Т.К.) не бросала никакой тревожной тени на эту уверенность. "Велик Бог земли русской, - любил говорить Николаша Руднев. - Велик гений русского народа! Никто не сможет согнуть нас в бараний рог. Будущее - за нами!" - Я соглашался с Рудневым».

Константин Георгиевич неназойливо, как никто другой, незаметно для нас и даже, наверное, для себя делал нам, читателям, инъекцию русскости.

И одновременно - прививочный укол против того пафосного патриотизма, который порой хуже предательства, поскольку у кого-то от навязчивости может вызвать и обратную реакцию.

Мы, девочки-школьницы вместе с моим дедом - донским казаком, церковным регентом и педагогом, пристально вглядывались тем временем с Лысой горы в нашу одину - Саратов, как и гость Паустовский.

Люди моего поколения очень много читали еще маленькими, до школы. Книги наших классиков учили правильному отношению с людьми и природой, тому как надо вести себя в лесу, на лугу, на реке и на озере. Разница с Паустовским была в том, что в тех книгах о природе человек присутствовал как наблюдатель или ученый-наблюдатель. У Паустовского же всегда присутствует человек как таковой, и «паустовскую» природу мы всегда воспринимаем через этого человека, умного, и тонкого, и, главное, действующего.

Точнее, так: у Паустовского природа - это всегда синоним Родины.

Сохранение чистого поленовского пейзажа, любимого ландшафта Паустовского, поселившегося над речкой Таруской, впадающей в Оку, продолжил Поленов-внук, Федор Дмитриевич Поленов, депутат Верховного совета СССР, с которым я была хорошо знакома и про которого писала; ему многое удалось сделать.

Из «Повести о жизни», большого, шестикнижного, но, по сути, незавершенного повествования, мы помним Костю Паустовского, реального студента Московского университета, который добровольно (мог ведь продолжать учиться и одновременно работать водителем трамвая в тыловой взъерошенной Москве) ушел на фронт Первой Мировой войны, вернее, уехал на фронтовом санитарном поезде, передвижном госпитале, где оперировали эвакуированных с поля боя раненых. Кто только не писал о кровавых ужасах войны! А санитар Костя ежедневно, а то и по нескольку раз в день, сам мыл и чистил операционные, открытые купе и коридоры этого поезда, хороня на остановках ампутированные конечности, вымывая из вагонов кровь, плевки и прочие субстанции жизнедеятельности испуганных, страдающих русских крестьян, рабочих, обывателей, внезапно вырванных из мирной жизни и отправленных на фронт, - но при этом успевал намертво запоминать или, когда удавалось, записывать впечатления, чтобы потом правдиво, но всегда поэтически, без нарочитого настаивания на ужасающих подробностях, рассказать о невероятно любимой им России и ее людях.

Говорят, он был каким-то странным. Вроде бы и не певцом советского строя - но и не борцом.

Вообще русская литература последних двух столетий - это всегда взгляд на русскую жизнь разными «зрениями», с разных сторон. Оттого эта жизнь наша, описанная разными темпераментами, и предстает выпукло, объемно. Россию XX века описывали разные писатели. Реалистический фантаст и фантастический реалист Михаил Булгаков, товарищ Паустовского по знаменитой киевской гимназии. Изящный наблюдатель Юрий Олеша. Соцреалист Шолохов - всего на четверть казак, но создавший ценнейшую казачью эпопею. Ироничный и талантливый Валентин Катаев. Одаренные талантом видеть жизнь без прикрас Виктор Астафьев, Валентин Распутин и Василий Белов…

Паустовский среди всех, пожалуй, - самый чистый Творец. Он успел зафиксировать лучшее в русском мире и противостоять тому, что этому миру мешало.

Что, тот обходчик, который рассказывал ему о своих раздумьях над триадой «род - родник - родина», ни разу в жизни не выругался?

Или так уж была идеальна биография Аркадия Гайдара, друга Паустовского?

А почему Паустовский не писал о кровавых ужасах последней войны?

А потому что да, были запредельные области жизни, для описания которых Константину Георгиевичу попросту не хватало слов. Фашизм, например. Или любая нечеловеческая политика как таковая. Это было, видимо, для него не то, что непростительным преступлением, а чем-то невообразимым, тем, что недоступно для осмысления. Для этого ему не хватало цинизма и отстраненности. Размышления больного на голову, пострадавшего в гражданскую войну, геолога Шацкого о флюидах фашизма, которые идут из девонских известняков под Ливнами, легко объяснялось его шизофренией. Но фашизм реальный - итальянский, германский, венгерский и прочий - чем Паустовский мог объяснить? А то, что стала позволять себе советская власть, которую он поначалу так горячо, вместе с народом, поддерживал, - чем? А нарушения природного равновесия в любимых им лесах и лугах, описанные в письмах из Тарусы, в «Ильинском омуте»?

Слава Богу, что нам осталась после Паустовского, вернее, нам досталась «Повесть о жизни» - великая летопись о жизни страны в XX веке, какую не о каждой стране прочтешь, но и не каждый народ прошел через такое. Да что там - ни один не прошел.

Так что его, конечно, следует называть совестью нации, как не без основания называли на Руси гениально, от Бога пишущих людей…

---

Текст: Татьяна Корсакова/Издание «Столетие», Stoletie.RU

Клише о Высоцком — разбираемся, что правда, а что нет

К моменту выхода фильма Петра Буслова «Спасибо, что живой» Высоцкий для подавляющего большинства превратился в нечто среднее между родственником и мифологическим классиком. Так быстро и так тотально в «наше все» в новейшей истории не превращался никто. В начале этого года в столицах по инерции отпраздновали его 80-летие и вновь — концерты с каверами, неизменное «а вот я помню, Володя» от друзей и знакомых и — тишина. 20 июня, за месяц до годовщины смерти Высоцкого, в Еврейском музее и центре толерантности откроется выставка «Коридоры. Семь миров Высоцкого», созданная при участии художника-постановщика звягинцевских «Нелюбви» и «Елены» Андрея Понкратова и одного из лучших российских операторов Владислава Опельянца («Лето», «Ученик», «Заложники»). Формат мультимедийного действа идеально отвечает запросу на попытку осмысления места Высоцкого в русской жизни и культуре. В преддверии открытия предлагаем разобраться с несколькими распространенными заблуждениями.

Высоцкий не был композитором

Среди поклонников Высоцкого есть те, кто воспринимают только оркестровые версии его песен или в крайнем случае записи, сделанные в Париже Константином Казански. Концертные записи многие считают примитивными, говорят, что гитара была для Высоцкого лишь вспомогательным инструментом для сопровождения поэтических текстов. Но любой музыкант объяснит вам, насколько уникальной была его манера исполнения. По уровню ритмичности записи Высоцкого можно поставить в ряд с сочинениями Джонни Кэша, который говорил, что в его голове всегда стучит ритм. Работу Высоцкого с ритмом музыки и слова еще предстоит по-настоящему осмыслить — ничего подобного в российской музыке не было ни до, ни после. Занятная деталь — годы расцвета Высоцкого-музыканта совпадают с золотым веком рок-музыки, который оборвался одновременно с его смертью — в 1980 году. Высоцкий фактически в одиночку охватил все возможные рок-жанры от условного фолка раннего периода до фактически арт-рока поздних записей (послушайте соло в финале «Баллады об уходе в рай»). Многие считают, что оркестровые версии придумывались без участия Высоцкого, но это не так. Одно из самых ярких проявлений композиторского дара Высоцкого — дискоспектакль «Алиса в Стране чудес».

Тбилиси. Владимир Высоцкий во время гастролей Театра драмы и комедии на Таганке Фото: ТАСС

Tbilisi, Georgian SSR, Soviet Union. Soviet actor and singer Vladimir Vysotsky enjoys a cigarette on tour with the Taganka Theatre. TASS
Грузия. Тбилиси. Актер и певец Владимир Высоцкий во время гастролей Театра драмы и комедии на Таганке. /Фотохроника ТАСС/

Высоцкий плохо играл на расстроенной гитаре

В качестве аргумента ссылаются на будто бы расстроенную гитару, звучащую не только на концертных, но и на некоторых студийных записях. В то же время учительница музыки, занимавшаяся с 10-летним Володей в городе Эберсвальде, где в конце сороковых проходил службу его отец, отмечала абсолютный слух ученика. Известно, что Высоцкий очень дорожил мастеровой семистрункой — именно ее он подстраивает по ходу последнего телевизионного эфира 1980 года, который неизменно показывают в годовщины рождения и смерти. Семиструнная гитара была сознательным выбором, а не данью моде. Именно благодаря ей у записей Высоцкого есть этот особый, чуть дребезжащий, низкий звук, идеально резонирующий с моментально узнаваемым хриплым баритоном.

Высоцкий не был поэтом

Еще одна категория людей, пытающихся присвоить Высоцкого себе — это барды. Благодаря им он сегодня превратился в одинокую фигуру с гитарой, исполняющую многословные куплеты под немудреный гитарный бой. Однако для самого Высоцкого именно поэтическая часть его песен была крайне важна. Юрий Любимов рассказывал в интервью, что в последние несколько лет, когда проблемы со здоровьем обострились, Высоцкий уже писал не песни, а именно что стихи. Его поэзией восхищался Иосиф Бродский, а составителем единственного, вышедшего уже после смерти сборника стихов «Нерв» стал Роберт Рождественский.

Призрак отца Гамлета — Александр Пороховщиков, Гамлет — Владимир Высоцкий (в центре), Гертруда — Алла Демидова в спектакле Театра драмы и комедии на Таганке «Гамлет» Фото: Михаил Строков/ТАСС

Moscow, Soviet Union. Soviet actors Aleksandr Porokhovshchikov as Ghost of Hamlet's Father, Vladimir Vysotsky as Hamlet, and actress Alla Demidova (L-R) as Gertrude perform in William Shakespeare's tragedy Hamlet staged at the Taganka Theatre. Mikhail Strokov/TASS
Москва. Призрак отца Гамлета - артист Александр Пороховщиков, Гамлет - артист Владимир Высоцкий (в центре), Гертруда - актриса Алла Демидова в спектакле Театра драмы и комедии на Таганке "Гамлет". Фото Михаила Строкова /Фотохроника ТАСС/

Высоцкий всегда играл себя

Канонические Бенгальский («Опасные гастроли»), Бродский (из пролежавшей 20 лет на полке «Интервенции») и Глеб Егорович Жеглов — герои, в которых, пожалуй, действительно много от реального Высоцкого — это лишь несколько персонажей. Кроме них были и белый поручик Брусенцов из «Служили два товарища», и Фон Корен из «Плохого хорошего человека», и, в конце концов, Володя из говорухинской «Вертикали». Эти гораздо менее популярные в народе роли свидетельствуют о том, что кинокарьера Высоцкого не была карьерой приглашенной звезды в духе киноопытов Фрэнка Синатры. Он был ярким, умным и тонким, многогранным актером, и именно это свойство во многом позволило ему прожить множество жизней и сыграть сотни ролей в собственных песнях.

Высоцкий был диссидентом

В 2012 году в рамках президентской кампании глава предвыборного штаба Владимира Путина Станислав Говорухин заявил, что, по его мнению, Высоцкий, с которым режиссер был дружен, несомненно поддержал бы его, Говорухина, политический выбор. Спекулятивное заявление вызвало тогда бурю недовольства, из которой следовало, что в сознании многих политически активных россиян Высоцкий за годы своей посмертной жизни превратился чуть ли не в диссидентскую икону, стоящую в одном ряду с Сахаровым. Для этого было много оснований, но все они косвенные. Сатирические песни вроде «Инструкции перед поездкой за рубеж» высмеивали не строй, а косность его составляющих. Он был премьером Таганки — самого шумного и острого советского театра, о нем писали нелицеприятные статьи в «Правде», он дружил и знался с цветом и светом диссидентской мысли и как-то ездил на дачу к опальному экс-генсеку Хрущеву. Слова Синявского о стилистических расхождениях с советской властью можно отнести и к Высоцкому. Андрей Донатович преподавал у Высоцкого в Школе-студии МХАТ, с ним он консультировался в Париже в процессе написания «Баллады о любви». Мария Розанова рассказывает, что в первый день рождения Синявского после вступления в силу приговора по делу Синявского-Даниэля Высоцкий пришел в дом учителя и впервые спел только что написанную «Охоту на волков». Высоцкий безусловно не был диссидентом, но он несомненно был инакомыслящим, вольнодумцем, как и полагается всякому настоящему художнику.

Владимир Высоцкий Фото: PhotoXpress/East News

Владимир Высоцкий
Фото: PhotoXpress/East News

Высоцкий не нужен никому, кроме русских

Через несколько лет после смерти Высоцкий превратился в «отца русского рока». Его влияние признавали Цой, Гребенщиков, Шевчук, Кинчев и многие другие. Иначе и быть не могло — из всех мужчин с гитарами в Высоцком наиболее гармонично сочетался свободный и острый взгляд с совершенно роковым драйвом и отчаянной подачей.

В общем, со всем тем, что обычно называют «нервом». Однако мы по-прежнему привычно считаем его песни чем-то очень местным, слишком своеобразным, чтобы быть понятым и услышанным за пределами нашей гигантской страны. И тем не менее, улицы Высоцкого и памятники Высоцкому гораздо раньше, чем в Москве, появились в Болгарии, Чикаго, Германии и Польше, а в самой южной части Америки — архипелаге Огненная земля — имя Высоцкого носит одно из горных плато.

---

Текст: Ярослав Забалуев/Журнал «ТАКИЕ ДЕЛА», takiedela.ru

В США на 93-м году жизни скончался поэт, писатель и драматург Наум Коржавин. Наум Коржавин (настоящее имя Наум Мандель) родился 14 октября 1925 года в Киеве. В 1945 году поступил в Литературный институт имени А. М. Горького в Москве. В 1947 году Коржавина арестовали в рамках кампании "по борьбе с космополитизмом". После этого его на несколько лет сослали в Сибирь, а затем в Караганду. В 1956 году писателя реабилитировали. В 1973 году он эмигрировал в США. После начала перестройки писатель несколько раз приезжал в Москву. Известность Коржавину принесли публикации в альманахе "Тарусские страницы" в 1961 году. В 1963 году в СССР вышел первый сборник поэта "Годы". Коржавин стал лауреатом литературных премий "Большая книга" (2006 год) и "Поэт" (2016 год).

---

Источник: РИА Новости / Дмитрий Коробейников

Поэт Наум Коржавин

Русской интеллигенции

(…) Трижды ругана, трижды воспета.
Вечно в страсти, всегда на краю...
За твою необузданность эту
Я, быть может, тебя и люблю.
Я могу вдруг упасть, опуститься
И возвыситься
дух затая,
Потому что во мне будет биться
Беспокойная
жилка твоя.

1944

16 октября

(…) Хотелось жить, хотелось плакать,
Хотелось выиграть войну.
И забывали Пастернака,
Как забывают тишину.
(…) Казалось, что лавина злая
Сметет Москву и мир затем.
И заграница, замирая,
Молилась на Московский Кремль.
Там,
но открытый всем, однако,
Встал воплотивший трезвый век
Суровый жесткий человек,
Не понимавший Пастернака.

1945

В тяжелую минуту

Наш выбор прост. И что метать икру?
Я в пустоте без родины умру.
Иль родина сюда придет ко мне,
Чтоб утопить меня в своём г.....

1948

* * *

Мне без тебя так трудно жить,
А ты - ты дразнишь и тревожишь.
Ты мне не можешь заменить
Весь мир...
А кажется, что можешь.
Есть в мире у меня свое:
Дела, успехи и напасти.
Мне лишь тебя недостает
Для полного людского счастья.
Мне без тебя так трудно жить:
Все - неуютно, все - тревожит...
Ты мир не можешь заменить.
Но ведь и он тебя - не может.

1952

Вариации из Некрасова

...Столетье промчалось. И снова,
Как в тот незапамятный год -
Коня на скаку остановит,
В горящую избу войдет.
Ей жить бы хотелось иначе,
Носить драгоценный наряд...
Но кони - всё скачут и скачут.
А избы - горят и горят.

1960

Памяти Герцена или Баллада об историческом недосыпе

Любовь к Добру сынам дворян жгла сердце в снах,
А Герцен спал, не ведая про зло...
Но декабристы разбудили Герцена.
Он недоспал. Отсюда все пошло.

И, ошалев от их поступка дерзкого,
Он поднял страшный на весь мир трезвон.
Чем разбудил случайно Чернышевского,
Не зная сам, что этим сделал он.

А тот со сна, имея нервы слабые,
Стал к топору Россию призывать, -
Чем потревожил крепкий сон Желябова,
А тот Перовской не дал всласть поспать.

И захотелось тут же с кем-то драться им,
Идти в народ и не страшиться дыб.
Так родилась в России конспирация:
Большое дело B долгий недосып.

Был царь убит, но мир не зажил заново.
Желябов пал, уснул несладким сном.
Но перед этим побудил Плеханова,
Чтоб тот пошел совсем другим путем.

Все обойтись могло с теченьем времени.
В порядок мог втянуться русский быт...
Какая сука разбудила Ленина?
Кому мешало, что ребенок спит?

На тот вопрос ответа нету точного.
Который год мы ищем зря его...
Три составные части B три источника
Не проясняют здесь нам ничего.

(…) Мы спать хотим... И никуда не деться нам
От жажды сна и жажды всех судить...
Ах, декабристы!.. Не будите Герцена!..
Нельзя в России никого будить.

1969

* * *

То свет, то тень,
То ночь в моем окне.
Я каждый день
Встаю в чужой стране.
В чужую близь,
В чужую даль гляжу,
В чужую жизнь
По лестнице схожу.
(...) Но нет во мне
Тоски,— наследья книг,—
По той стране,
Где я вставать привык.
Где слит был я
Со всем, где всё — нельзя.
Где жизнь моя —
Была да вышла вся.
(…)Я знаю сам:
Здесь тоже небо есть.
Но умер там
И не воскресну здесь.
Зовет труба:
Здесь воля всем к лицу.
Но там судьба
Моя —
пришла к концу.
Легла в подзол.
Вокруг — одни гробы.
...И я ушел.
На волю — от судьбы.
То свет, то тень.
Я не гнию на дне.
Я каждый день
Встаю в чужой стране.

Памятник одному из величайших русских писателей Александру Солженицыну установят в центре Москвы до конца года. Такой срок в своем постановлении обозначил мэр города Сергей Собянин.

На "Красной площади" представили новые тома собрания сочинений Солженицына. Фото: Сергей Михеев/Российская газета

На "Красной площади" представили новые тома собрания сочинений Солженицына. Фото: Сергей Михеев/Российская газета

Как уже писала "РГ", монумент решили воздвигнуть к 100-летию со дня рождения литератора, которое весь мир отмечает в этом году. Профинансировать создание памятника и его установку решил Русский благотворительный фонд, который носит имя Солженицына. Комиссия по монументальному искусству при Мосгордуме относительно быстро согласовала место его размещения - между домами № 11 и 13 на улице Солженицына. Именно здесь, на Таганке, сосредоточены знаковые места для творчества выдающегося писателя и философа. Здесь, например, находится единственный в мире Дом русского зарубежья - культурный центр Москвы и всей страны, в котором библиотечное собрание насчитывает более 130 тысяч томов. В его создании принимал участие сам Солженицын. Совсем недалеко здесь и знаменитый Театр на Таганке. Его художественным руководителем долгие годы был один из крупнейших театральных реформаторов Юрий Любимов, с ним Солженицын близко дружил.

Планы увековечить память Солженицына были приняты поначалу неоднозначно. Довольно бурные дискуссии развернулись и в столичном парламенте, и в соцсетях. В конце концов, большинство народных избранников осенью прошлого года одобрило установку памятника. "Солженицын прошел Великую Отечественную войну, имеет ордена, медали, - напомнил заместитель председателя комиссии Мосгордумы по культуре и массовым коммуникациям Антон Палеев. - Безусловно, это человек непростой судьбы, которая шла как бритва по граням человеческих жизней и эпох. Этот монумент - напоминание о жизни и судьбе очень сложного, но выдающегося человека, который оставил после себя большое количество литературных произведений. Памятник Солженицыну крайне важен для тех молодых ребят, которые действительно изучают историю - противоречивую, неоднозначную, где нет и не может быть одной-единственной согласительной фигуры".

Басинский: Против лжи Солженицын беззащитен. Фото: Владимир Зинин / ИТАР-ТАСС

Басинский: Против лжи Солженицын беззащитен. Фото: Владимир Зинин / ИТАР-ТАСС

Критики идеи неоднократно говорили о том, что никто не будет спрашивать самих жителей центра, нравится ли им идея. Но на самом деле в апреле этого года власти провели собрание населения Таганского района. Что очень важно - встреча проходила именно в Доме русского зарубежья. По итогам тайного голосования решение установить памятник было принято окончательно. Таким образом, на Таганке появится не только монумент, но и целый культурно-исторический маршрут, связанный с именем Солженицына. Теперь мэр установил крайний срок установки памятника - 31 декабря 2018 года.

Каким именно будет монумент, определило жюри Всероссийского конкурса, объявленного московским Союзом архитекторов по заказу федерального министерства культуры. Было подано более 70 заявок из разных российских регионов, но лучшим признали проект авторского коллектива, которым руководит народный художник России, заслуженный скульптор Андрей Ковальчук.

---

Текст: Сергей Бабкин/Российская газета

Знаменитый российский дирижер и пианист, народный артист СССР Геннадий Рождественский скончался в возрасте 87 лет после продолжительной болезни.

Геннадий Рождественский. Кадр сюжета телеканала

Геннадий Рождественский. Кадр сюжета телеканала

Об этом сообщает российское новостное агентство "Интерфакс" со ссылкой на медицинский источник, некролог о смерти дирижера опубликован и на сайте Московской консерватории, в которой он долгие годы возглавлял кафедру оперно-симфонического дирижирования.

Геннадий Рождественский вошел в историю мирового музыкального искусства как дирижер-диссидент. В советское время, вопреки официальной цензурной политике, он популяризировал сочинения западных и советских композиторов, произведения которых в СССР почти не исполнялись.

В частности, оркестр под управлением Рождественского первым в СССР в 1974 году исполнил оперу Шостаковича "Нос". Долгое время Рождественский был единственным исполнителем оркестровой музыки Альфреда Шнитке, в 1974 году под его управлением состоялась премьера Первой симфонии композитора.

В 1977 году Рождественский был подвергнут в СССР резкой критике за участие совместно со Шнитке и режиссером Юрием Любимовым в постановке оперы "Пиковая дама" в Париже.

С 2000 по 2001 год Геннадий Рождественский являлся художественным руководителем Большого театра, с 2012 года возглавлял музыкальный театр им. Бориса Покровского.

----

Источник: агентство "Интерфакс"

Награду Платоновского фестиваля вручили в этом году сразу двум лауреатам. Легендарный театральный режиссер Анатолий Васильев и выдающаяся актриса Алла Демидова были отмечены "за бесстрашие и достоинство в искусстве".
Им вручили золотые нагрудные знаки и денежные сертификаты на 500 тысяч рублей: общий размер ежегодной премии - один миллион.

Народную артистку РСФСР Аллу Демидову прославили прежде всего роли в театре на Таганке. Кроме того, у нее было много авторских чтецких программ. Анатолий Васильев - создатель театра "Школа драматического искусства", откуда на VIII Платоновский привезли спектакль "О-й. Поздняя любовь". Правда, сам Анатолий Александрович уже почти десять лет не связан со своим главным детищем. Он работает в основном во Франции - в "Комеди Франсез", "Одеоне", "Буфф дю Нор" и других театрах.

Леди Макбет станцевала в Воронеже под Майкла Джексона. Фото: Андрей Парфенов / РГ

Леди Макбет станцевала в Воронеже под Майкла Джексона. Фото: Андрей Парфенов / РГ

Прошлой весной режиссер впервые после долгого перерыва поставил спектакль в России, специально для Чеховского фестиваля и к столетию со дня рождения Юрия Любимова. Для разговора о судьбе художника Васильев выбрал хемингуэевский рассказ "Старик и море". Ассоциация театральных критиков назвала спектакль лучшим в стране по итогам 2017 года. Теперь его показали на Платоновском фестивале благодаря сотрудничеству с "Золотой маской".

"Старик и море" снабжен подзаголовком "Поклон Юрию Петровичу Любимову. Читка и перформанс". Читает - величественно и страстно, с "фирменными" шипящими звуками и упрямыми ошибками в ударениях - Алла Демидова, бывшая при Любимове ведущей актрисой Таганки. Компанию ей составляет гигантская рыба над головой (соперник - почти мираж, но какой!), забавный плюшевый лев, звенящий бубенцами в сцене сна Сантьяго, колышущееся полотно "моря" на сцене и полупрозрачные занавеси "неба", которые уходят под колосники одна за другой, слой за слоем. Художники Петр Попов и Тарас Михалевский (свет) создали мир прекрасный и зыбкий, как водная гладь.

В России впервые показали "китайский" балет Анжелена Прельжокажа. Фото: Андрей Парфёнов/РГ

В России впервые показали "китайский" балет Анжелена Прельжокажа. Фото: Андрей Парфёнов/РГ

Почти весь спектакль Демидова не двигается с места, сидя за столом с кипой бумаг, кружкой и шляпой - как рыбак своего марлина, старается приманить, поддеть на крючок и победить зал. У старика в рассказе были руки, гарпун и весло с насаженным на него ножом. У Демидовой - голос, жест, молчание. За первые полтора часа зритель, не привыкший к медитации, изнемогает, как большая рыба у Хемингуэя, и норовит уйти "в глубину" (а кто-то и из зала). А потом Васильев пускает в партер фонтаны блесток и поднимает столбы брызг в "море", где по сюжету тело марлина уже рвут акулы. Актриса умолкает, но ее голос рокочет в записи, по краю сцены мечутся сполохи огня, гремит музыка Владимира Мартынова. И публика сдается, позволяя "обглодать" себя до скелета.

К финалу действие вновь утихает (воронежский зритель вернулся в священный транс и не сразу определил, где конец спектакля). На заднике остается силуэт парусника, похожего на большую рыбу. "Кто тебя победил, старик? - Никто. Я просто слишком далеко ушел в море…"

Справка "РГ"

Платоновскую премию присуждают в Воронеже с 2011 года. Деятелей искусства отмечают за значительный вклад в культурное достояние РФ, создание выдающихся произведений и новаторское развитие гуманистических традиций. Лауреаты прошлых лет - писатель Борис Екимов и театральный режиссер Лев Додин, пианист и дирижер Михаил Плетнев, режиссер анимационного кино Александр Петров и прозаик Андрей Битов, кинорежиссер Александр Сокуров и писатель Алексей Иванов.

Платоновскую премию получил Анатолий Васильев

Платоновскую премию получил Анатолий Васильев

Платоновскую премию получил Анатолий Васильев

Платоновскую премию получил Анатолий Васильев

Платоновскую премию получила Алла Демидова

Платоновскую премию получила Алла Демидова

Платоновскую премию получила Алла Демидова

Платоновскую премию получила Алла Демидова

----

Источник: rg.ru

Текст: Татьяна Ткачева (Воронеж)

3 июня 2018 года концертом в Большом зале консерватории завершился мини-фестиваль, посвященный 80-летию композитора Юрия Буцко (1938-2015). Его программа включала в себя концерты, научную конференцию, презентацию фонда. Юрий (Георгий) Маркович является создателем многочисленных произведений практически во всех известных музыкальных жанрах. С молодых лет Ю. Буцко воспринял культуру, уклад, быт древнего Православия. С тех пор старообрядчество составило важнейшую часть мировоззрения композитора, что отразилось в образном и интонационном строе его сочинений. Он оказался одним из первых русских композиторов советского времени, кто встал на стезю духовного «служения» в музыке, но избрал свой путь. Он не пишет музыку для Церкви и воплощает религиозные идеи в произведениях исключительно концертного предназначения. Сочинение на темы знаменного распева Юрий Буцко создал в конце1960-х. В те времена, когда церковь была отделена от государства, непреодолимой стеной, Юрий Буцко решил познакомить посетителей концертов с тем, что считал самым ценным в русской культуре. Жанр произведения он определил как проповедь.

Старообрядчество хранило все века этот знаменный распев, им не надо объяснять. Это часть службы, этот канон. Великий канон. Чтобы познакомить людей менее осведомленных, я прибегнул к такому жанру, как проповедь. Это род музыкального толкования того содержания, которое есть в данном знаменном распеве. У каждого своя образность, содержание.

Примечательно, что Буцко, знающий современный церковно-певческий обиход и хорошо знакомый с древней традицией, не прибегает в своем творчестве напрямую к церковно-певческим формам, то есть не сочиняет музыкальные циклы литургии, всенощного бдения и прочее. Ему очевидны преграды, возникающие при совмещении современного художественного сознания с требованиями церковного канона, и потому он не посягает на «богослужебность» своих композиций и всячески избегает «декоративной» стилизации церковной интонационности. Именно поэтому композитор всегда подчеркивал, что «знаменный лад» Полифонического концерта ни в коей мере не является «универсальной», «тотальной» системой, подобно додекафонии, сериальной технике и прочее.

Георгий Буцко долгие годы был прихожанином кафедрального Покровского собора Рогожского кладбища (РПсЦ). Даже в преклонных годах он посещал великопостные Богослужения, отмаливаясь сотни поклонов Марииного стояния. В 2009 году он был награжден грамотой Московской Митрополии «за возрождение древнерусских музыкальных традиций в современной классической культуре».

Дочь композитора Анастасия Буцко дала интервью порталу colta.ru.

Юрий Буцко. Фото из личного архива Анастасии Буцко

Юрий Буцко. Фото из личного архива Анастасии Буцко

Я помню твоего отца еще со времени моей учебы в Гнесинском училище и институте. Вокруг него там царил такой, я бы сказала, тихий культ. Как он к этому относился?
Ну, он, конечно, знал, что производит странное впечатление, в чем-то несколько фрикообразное. Безусловно, он этим до известной степени бравировал. С 70-х годов привык ходить по городу Москве с длинными волосами и бородой. Когда я была маленькой девочкой, к нему на улице подходили бабули, просили благословения. И он благословлял! Он не делал из этого особых сложностей. Был период, когда он ходил в консерваторию в некоем подобии рясы, точнее — облачения из Покровского собора на Рогожском кладбище (старообрядческий храм, прихожанином которого был Юрий Буцко. — Ред.), оно в пол. Ходил с крюковатыми палками, которые где-то покупал или сам вырезал. А если нет — то носил какие-то бархатные пиджаки, жилеты и т.д. То есть его внешность ему была явно небезразлична. Явно она была частью его внутреннего видения себя. И, безусловно, способом защиты от окружающей среды и определения границ между собой и другими.

Семья Буцко. Фото из личного архива Анастасии Буцко

Семья Буцко. Фото из личного архива Анастасии Буцко

Насколько действительно поворотной для отца стала история отшельников-старообрядцев Лыковых, случайно обнаруженных в конце 70-х на Алтае? Им посвящена его Камерная симфония № 3.
Обнаружение этой семьи действительно поразило его — думаю, как образец сопротивления и возможности существования другого мира в этом. Но он и до этого интересовался старообрядчеством. Еще будучи совсем молодым человеком, он ездил сначала в фольклорные экспедиции, потом в одинокие путешествия по Северу. И в Каргопольской области он нашел в одной деревне нескольких людей — среди них брат и сестра Максим Иванович и Фомаида Ивановна, — которые первыми его посвятили в мир старообрядчества. От них и через них в доме появились первые крюковые книги, старинные иконы.

Это какие были годы?
Это еще до моего рождения, 60-е. Я не воспринимала своего отца как человека, как-то особенно истово верующего. С моей точки зрения, религия и старообрядчество для него всегда были, помимо всего прочего, элементом эстетическим. Внутри вот этого безобразного советского мира он искал какую-то зону, где был какой-то другой свет. Безусловно, это был и свет духовности, но и просто другое эстетическое измерение.

Юрий Буцко. Фото из личного архива Анастасии Буцко

Юрий Буцко. Фото из личного архива Анастасии Буцко

Но почему именно старообрядчество? Ведь была прослойка православной интеллигенции.
Мне кажется, от этой чисто православной прослойки он хотел быть на какой-то дистанции. Потому что христианству в среде интеллигенции в то время была свойственна некая диссидентская светскость. И одновременно уже были зачатки того, во что превратилось официальное православие сегодня. Вообще у отца было два источника старообрядчества. Один — это протопоп Аввакум, пример бескомпромиссности до конца. Другой — это Мусоргский, который был для отца светочем. Это, конечно, «Хованщина».

На только что вышедшем на фирме «Мелодия» юбилейном альбоме Буцко представлены его разные периоды. Раннюю, наиболее известную оперу «Записки сумасшедшего» непросто совместить с совсем поздними сочинениями, не скрывающими чрезмерной пафосности. Такое совсем не принято в XXI веке. Он ощущал непонятость?
Безусловно. Но, я думаю, это была не пафосность, а надрыв. Человек он был вспыльчивый и склонный к тому, чтобы себя в этой эмоциональной амплитуде еще сильнее накручивать. Это было некое такое «да». И еще больше «да».

Какой музыкантский круг был ему близок?
С юности был круг друзей, которые очень часто и очень весело заседали у нас дома. Среди них были и выдающиеся исполнители — Геннадий Рождественский, Дмитрий Китаенко, Михаил Воскресенский. Со временем этот круг не то что распался — он просто состарился. Иных уж нет, а те далече. В последние два десятилетия вокруг него начал образовываться новый круг — из его учеников и таких… учеников-поклонников. Апостолами их не назовешь, но это очень верные, за ним и за его наследием идущие люди. Молодые. В возрасте, скажем, от 27 до 35—40 лет.

А так если его спросить, кто любимый композитор, то кроме уже упомянутого Мусоргского будут Рихард Штраус и Оливье Мессиан. И это очень слышно, мне кажется. Отец записан в какой-то круг патриотических авторов. Каковым он не был. Безусловно, Россия была для него важна и любима, но не в форме квасного патриотизма. Его источник — это мировая культура.

Каким образом старообрядчество сочеталось с работой в театре?
Ну, работа в театре была, с одной стороны, заработком — так же как и кино, как и сериалы типа «Хождения по мукам» (по кличке «хождение под мухой»). И так продолжалось до краха Советского Союза, когда исчезли эти киношные деньги и стало без них, конечно, очень тяжело и горько.

С другой стороны, театр был его средой. Театр на Таганке его рано открыл и очень интенсивно им пользовался. И жили мы от театра недалеко. Золотухин, Филатов, Губенко, Высоцкий — все они частенько тусовались у нас дома. Люди они были молодые. Все это происходило весело и динамично. Особенно вечерами и после спектаклей.

C Анатолием Соколовским. Фото из личного архива Анастасии Буцко

C Анатолием Соколовским. Фото из личного архива Анастасии Буцко

Отец уже был с бородой и в рясе?
С бородой ходил, в рясе еще нет, но уже ходил в бархатных пиджаках. (Вероятно, имеется в виду не священническое облачение, а кафтан — молитвенная одежда для мужчин, принятая в старообрядчестве — прим. ред.).

А какие у него были отношения со средой музыкальных нонконформистов?
Ну, эта дефиниция — нонконформизм — она же возникла позже. Начинали-то все вместе. Более того: отец пришел в музыку сравнительно поздно и довольно необычным путем. То есть он когда-то ребенком занимался, потом был вынужден перестать и, уже учась на учителя истории в педагогическом институте, все-таки осознал, что он — композитор. И, будучи великовозрастным 20-летним парнем, сел учить азы, сам подготовился и поступил в училище, которое тогда называлось «имени Октябрьской революции». И там был еще один человек, находившийся в аналогичной ситуации. Это Альфред Шнитке, который по несколько иной причине — семья в изгнании и т.д. — тоже очень поздно там оказался. Это был один круг. Из этого круга появились абсолютно разные личности, которые потом — в силу не столько политического, сколько коммерческого заказа — были объединены в какие-то группы. Поскольку композитор композитору, как известно, волк, позже отношения складывались по-разному. С Губайдулиной у отца до самого последнего дня были очень теплые отношения. Шнитке отец упрекал в плагиате — или, скажем так, заимствовании его системы русской додекафонии. Я не берусь рассуждать, верно ли это. Это огромная музыкантская дискуссия. Но тут пути разошлись. Безусловно, у отца был элемент досады, может быть, зависти к успеху, который есть у одного и которого нет у другого.

C Дмитрием Шостаковичем и Моисеем Вайнбергом. Фото из личного архива Анастасии Буцко

C Дмитрием Шостаковичем и Моисеем Вайнбергом. Фото из личного архива Анастасии Буцко

Сейчас пошла волна интереса к советским композиторам, которые находились не на поверхности, а внутри этой огромной Атлантиды. Главный пример — Вайнберг. Ты чувствуешь, что сейчас может возникнуть интерес к музыке отца, что она уже отлежалась?
Чувствую. Эта музыка начинает проявляться. Как быстро это произойдет, с какими еще социальными и культурными процессами это будет связано — я пока не знаю. Я стараюсь сделать то, что можно. Очевидно, что делать что-то надо — потому что не только не издано, но и просто не исполнено, не услышано как минимум процентов 80 музыки, написанной отцом. Юрий Буцко — это не только «Записки сумасшедшего», пара красивых оркестровых пьес и музыка к спектаклям «Пугачев» и «Гамлет». Он написал семь больших симфоний, около двух десятков симфоний-сюит и камерных симфоний, четыре оперы, огромное количество музыки для разных солирующих инструментов. Надо просто открыть двери. Сделать доступными ноты. Записать то, что можно записать. Выложить записи, которые уже существуют. А дальше пусть окружающая среда и время разбираются.

На моих глазах происходит открытие такой не последней фигуры, как Дмитрий Шостакович, в немецком контексте. 20 лет назад никто его не слушал в Германии. Конечно, знали такое имя — Ленинградская симфония, Мравинский, кто-то что-то учил по истории. Но то, что Шостаковича играют как репертуарного автора, — это феномен последних 20 лет. И одна из основных причин этого феномена — деятельность издательства DSCH и издание полного собрания сочинений Дмитрия Дмитриевича. У музыки есть своя динамика проявления, я в это твердо верю. Это произошло с Шостаковичем, происходит с Вайнбергом, возможно, произойдет с какими-то другими авторами. То, что не услышан Гавриил Попов, то, что просто не существует на музыкальной карте мира Борис Чайковский, — это нонсенс. А что с Алемдаром Карамановым? С Отаром Чаргейшвили? С Романом Леденевым?

В Германии, где ты живешь, кто-нибудь исполняет музыку Буцко?
В эпоху ГДР была такая фаза — когда Буцко воспринимали как социально близкого гэдээровские диссиденты. Например, опера «Белые ночи» шла в Дрездене в Земперопер, ее ставил Гарри Купфер. Его довольно много играли очень достойные немецкие дирижеры. Потом была пора безвременья, когда восточногерманская интеллигенция и музыкальные круги изо всех сил дистанцировались от советской музыки. А западные немцы о ней просто не знали. А Германия — это такое бутылочное горлышко, соединяющее Россию с остальным миром. Потом был всплеск в 90-х, когда все русское было потенциально интересно. И снова наступило затишье. Сейчас появился круг молодых исполнителей, которые начинают играть Буцко. Посмотрим, что будет дальше.

-----------

Текст: Екатерина Бирюкова
Источник: colta.ru


В Москве открылся грандиозный литературный фестиваль «Красная площадь». Представлено все самое лучшее из литературных новинок и классики. Самые редкие издания, встречи писателей с поклонниками и мастер-классы. Вы хотите узнать, как научиться писать книги? Организаторы обещают, что будет очень интересно.

Пожалуй, редкое время на Красной площади, когда все взгляды устремлены не вверх на архитектурные красоты Кремля, а вниз – в книги и на бесконечные книжные прилавки. Рай для книголюбов – больше 100 тысяч изданий. Павильоны – настоящие острова литературных сокровищ. Ведь здесь спрятано все самое интересное сегодня в книжном мире.

Новыми книгами гордятся, словно трофеями. Еще бы – здесь есть издания, которых не найти даже через всемогущий интернет.

«Купил прекрасную книгу, встречается достаточно редко на прилавках, старые фотографии, про вождей», – поделился один из покупателей.

А это уникальная находка орловских издателей «Тургенев. Неизвестный». Лучший подарок к 200-летнему юбилею писателя.

«Иван Сергеевич Тургенев помимо того, что писал на русском языке, грамотный был такой, писал еще и на французском, и на немецком, а мы настолько не грамотные, что мы этого никогда не читали», – отметил гендиректор издательства Александр Воробев.

Редкие кадры искреннего счастья: гигантская коробка в руках хрупкой женщины – Доктора Лизу, которая всегда выбирала слабых, знали по ее делам. И даже книга о ней, собранная из записей в ее дневнике, сплошь в фотографиях тех, кому она помогала.

«В прямом смысле это о ее деятельности, и о ее жизни, только косвенно о ней. Даже в интервью она очень мало о себе говорила, она говорила в основном о своих подопечных», – поделился вдовец Елизаветы Глинки Глеб Глинка.

Книги словно дарят бессмертие, ведь через них с нами говорят те, кто ушел. Так, например, продолжается и разговор Юрия Любимова со своими поклонниками: к вековому юбилею мастера 100 его друзей рассказали о 100 неизвестных страницах его жизни. Таких литературных премьер, дискуссий, представлений, мастер-классов на ближайшие дни запланировано не меньше 500 тысяч. Фестиваль стал хорошей городской традицией, отметил на открытии столичный мэр.

«Книга рядом с нами почти с первых лет рождения. Она формирует наше сознание мировоззрение, она, по сути, создает нас такими, какие мы есть. Какие книги мы читаем, такой вырастает и человек. Несмотря на бурные изменения, распространение интернета, книга, когда мы берем ее в руки это что-то совсем другое, это такое дорогое, это как новые друзья, как новые открытия, новый мир», – сказал Сергей Собянин.

Весь мир в эти дни живет предвкушением грандиозного футбола. Ответ мира литературного: своя сборная. С такими звездами — первые места на Мундиале, пусть и по литературе, обеспечены.

Впрочем, это не единственный футбольный сюрприз фестиваля — матч прямо на Красной площади для самых маленьких. Вполне возможно, что впервые в истории. Может быть, это станет талисманом для других исторических событий этим летом?

Одно из главных событий дня ‒ открытие книжного фестиваля «Красная площадь». От храма Василия Блаженного до Исторического музея расположились тематические площадки, где пройдут лекции, выставки, творческие встречи, презентации книжных новинок. Репортаж Марии Трофимовой.

Книжный фестиваль больше напоминает город, где есть центр ‒ это сцена, и прилегающие к нему улицы. Одна из самых больших ‒ Художественная, где представлены десятки тысяч книг, далее ‒ Детская улица с игровыми зонами, для театральных постановок ‒ Нон-фикшн и Регионы России. Везде с 10 утра до 20 часов вечера  мероприятия пройдут без остановки, сменяя друг друга каждые полчаса.

Керамические фигурки героев Гоголя, Лермонтова, Пушкина, или лайфхаки от писателей. Чтобы заинтересовать юных читателей, библиотеки сегодня объединяют усилия, привлекая в свои проекты школы и театры. В этом году библиотека из Торопца Тверской области заняла первое место во Всероссийском конкурсе на лучший проект «Актуальная классика: от Пушкина до Чехова».

«"Моя литературная улица". Они узнали все названия улиц, которые связаны с классической литературой. Рассказали ребятам, почему улица носит то или иное название, придумали квесты», ‒ рассказала директора Российской государственной детской библиотеки Марина Новикова.

Владимир Толстой не первый год интересуется продукцией региональных издательств. Говорит, здесь можно приобрести то, что не найдешь в столичных книжных магазинах.

«Всегда интересуют красивые фотоальбомы о Якутии, Колыме, каких-то удаленных точках нашей страны, краеведческая литература», ‒ поделился советник президента РФ по вопросам культуры и искусства Владимир Толстой.

По мнению поэта из Иркутска Василия Попова, современная литература переживает расцвет, даже Всемирная паутина не может заменить общение с книгой.

«Фестиваль “Красная площадь” сближает писателя и читателя на самом максимуме», ‒ считает Василий Попов.

В студии художественной литературы ‒ Игорь Бирабов и Дмитрий Бак ‒ авторы книг об Иване Тургеневе, которые увидят свет к юбилею писателя.

«Ненаучной, непопулярной, целостной биографии Тургенева мы не имеем. Знаю, что попытки были, книги Лебедева и другие, но все-таки Тургенев в XXI веке ‒ это тема, которая нуждается в особом разговоре», ‒ отметил директор Государственного музея истории российской литературы им. Даля Дмитрий Бак.

Альбом «100 современников о Любимове» представила вдова режиссера.

«Здесь замечательные люди откликнулись: от Роберта Уилсона до Тадаши Сузуки, от Гафта до Марка Захарова, замечательные люди не только театрального ремесла, но и разного рода профессий», ‒ пояснила президент Благотворительного фонда по развитию театрального искусства Юрия Любимова Каталин Любимова.

Книжный фестиваль «Красная площадь» открылся концертом камерного оркестра «Виртуозы Москвы». За четыре дня посетители увидят постановки и программы лучших музыкальных коллективов и театров страны. А главной героиней этого праздника будет, конечно, литература.

Друзья! 31 мая в 15-30 на Книжном фестивале "Красная площадь" вспомнят великого Юрия Петровича Любимова. Авторы альбома "100 современников о Любимове» Борис Бланк, Юрий Рост и Евгения Абелюк поделятся воспоминаниями о Мастере. Во встрече примет участие вдова режиссера Каталин Любимова. Посетители смогут купить эту книгу и получить автографы участников встречи.